Интернет-издательство «Контрольный листок»
Понедельник, 11.12.2017, 10:37
Меню сайта
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 928
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа

Охта-Центр, 2017 № 1
 
Нравственность: свобода через самоограничение
 
© Даниил Печерников
 

О философии говорят, что она «эпоха, схваченная в мыслях», «духовная квинтэссенция» времени. Можно смело утверждать, что этика И. Канта явилась именно такой «духовной квинтэссенцией» своего времени, ибо все учение Канта может рассматриваться как попытка ответов на те вопросы, которые особенно четко обозначили себя в период французской революции. Известно, что на Канта большое влияние оказали работы Жан Жака Руссо, именно его портрет на протяжении долгих лет был всегда перед глазами кенингсбергского мыслителя. Кант считал, что демократические идеи Руссо повернули его лицом к человеку и к его проблемам. Являясь современником событий французской революции, Кант, по словам К. Маркса, выступает как теоретик этой революции. В. Асмус отмечает, что данная характеристика «на первый взгляд представляется парадоксальной, но при более пристальном внимании оказывается, что она очень точно определяет своеобразие исторической роли Канта». Основные лозунги, выдвинутые Французской революцией «Свобода-Равенство-Братство», навсегда закрепили себя в истории человеческой цивилизации как либеральные ценности. Собственно этимология слов с корнем «либер», как-то либерал, либерализм, либеральное и т. д. связана со значением латинского слова liberal is - свобода.

Требовалось теоретическое осмысление содержания этих терминов, что и составило основное ядро учения Канта. В центре рассмотрения философии Канта - Человек, как единственное существо в мире, облада-щее свободной волей.

Кант решает весьма важную для своего времени задачу: он строит систему доказательств, призванных утвердить автономию свободной воли, независимости морали от религии. Но прежде Кант пытается определить, что есть воля, причем в фокусе его рассмотрения - добрая воля. «Нигде в мире, да и нигде вне его, невозможно мыслить ничего иного, что могло бы считаться добрым без ограничения, кроме одной только доброй воли». «Добрая воля» представляет собой самоцель. Кант проводит четкое отделение цели от ее практического осуществления: «Добрая воля добра не благодаря тому, что она приводит в действие или исполняет; она добра не в силу своей пригодности к достижению какой-нибудь поставленной цели, а только благодаря волению, то есть сама по себе». И идее безусловно доброй воли непременно следует, по мнению Канта, отвлекаться от всякой цели, ибо она сделала бы всякую волю лишь относительно доброй. Мир разумных существ тем и отличается от мира чисто природных существ, что каждое разумное существо представляет собой цель саму по себе, и именно то, что его максимумы способны быть всеобщими законами, отличает его как цель самое по себе. Таким образом, Кант настаивает на чисто формальном определении нравственного закона, основу которого следует искать не в природе человека или тех обстоятельствах в мире, в какие он поставлен, a a priori исключительно в понятии  разума: «И все же нам дан разум как практическая способность, т. е. как такая, которая должна иметь влияние на волю, - то истинное назначение его должно состоять в том, чтобы породить не волю как средство для какой-нибудь другой цели, а добрую волю самое по себе». Высшим принципом нравственности, которым с необходимостью является категорический императив, у Канта выступает автономия воли, в то время как гетерономия воли есть источник всех ненастоящих принципов нравственности. Автономия воли есть такое свойство воли, благодаря которому она сама для себя закон. «Моральность, таким образом, есть отношение поступков к автономии воли, т. е. к возможному всеобщему законодательству через посредство максим воли».

Именно понятие свободы есть ключ к объяснению автономии воли.

Ноля свободна, если она может действовать независимо от внешних причин. Это, по Канту, отрицательное определение воли. Положительное же определение воли состоит в том, что воля есть сама для себя закон: «Чем же другим может быть свобода воли, как не автономией, т. е. свойством воли быть самой для себя законом? Но положение воля есть во всех поступках сама для себя закон означает лишь принцип поступать только согласно такой максиме, которая может иметь предметом самое себя также в качестве всеобщего закона. Но это есть как раз формула категорического императива и принцип нравственности; следовательно, свободная воля и ноля, подчиненная нравственным законам, - это одно и то же». Кант настоятельно проводит различие между понятиями максимы и императива. Максима определяется им как субъективный принцип совершения поступков, то сеть практическое правило, которое разум определяет, исходя из особенностей и склонностей субъекта. Императив содержит в себе модальность долженствования, то есть представляет собой объективный принцип, всеобщий закон, имеющий основополагающую силу для каждого существа. Долженствование является следствием того, что разум не единственное определяющее основание воли человека. Разум должен рассматривать себя в качестве творца своих принципов независимо от посторонних влияний. Поскольку же всякое разумное существо принадлежит к природному миру, оно оказывается по многим аспектам подчиненным законам природы, что является причиной гетерономии воли. Но разумное существо принадлежит и к миру умопостигаемому, и только в такой позиции, его воля автономна, ибо разум сам устанавливает законы, руководствуясь идеей свободы. Сознание свободного подчинения воли закону - есть уважение к этому закону, но как подчиненное закону, т. е. как веление, как принуждение оно не содержит в себе удовольствия. Однако осуществляемое законодательством разума, оно порождает самоуважение. Все императивы повелевают. Однако следует различать гипотетический и категорический императив. Гипотетический императив представляет собой практическую необходимость поступка как средство достижения чего-то конкретного. Категорический же императив есть повеление к поступку как объективно необходимому самому по себе, безотносительно к какой-либо другой цели. Гипотетических императивов может быть множество. Категорический императив только один. Именно категорический императив является императивом нравственности, только он является практическим законом, все же остальные императивы могут быть названы принципами, но не законами. Содержание категорического императива таково: «Поступай только согласно такой максиме, руководствуясь которой ты в то же время можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом».

Итак, Кант наполняет понятие свободы чрезвычайно глубоким содержанием. Именно в идее свободы Кант предполагает принцип автономии воли. Кант подчеркивает, что свобода никогда не может быть понята или усмотрена как объективная реальность, не может быть показана эмпирически, а представляет собой идею, необходимо предполагаемую разумом у существа, которое сознает в себе волю. Основной закон чистого практического разума, - категорический императив, - прямо ведет к понятию свободы. Кант особо подчеркивает свою позицию по поводу того, что именно чистый разум, который есть сам по себе разум практический, существующий совершенно a priori и независимо от эмпирических принципов, определяет моральный закон, а не какое-либо особое моральное чувство.

 

Литература

  1. Кант И. Сочинения в 6 томах. - М.: Мысль, 1966.
  2. Рыбин В. А. Нравственно-гуманистическая педагогика Нового времени. - М.: Университская книга - Логос, 2006. - 456 с.
Поиск
Календарь
«  Декабрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Издательство «Контрольный листок» © 2017 Бесплатный хостинг uCoz